Gringo писал(а):на улице как-то не комильфо
А ваще - молодцы, конечно! Отчет - вещь! С огромным нетерпением, как и все остальные жду продолжения!
Восточные Саяны
Модераторы: edik, Max, Ruslan T
Часть вторая
Каюр.
Очередной этап заброски был завершен.
(Ненавижу!)
Дальше по плану наше барахло должно было погрузиться на лошадей конской породы, и через перевал доставиться до реки. Возможность реализации этого пункта плана вызывала определенные опасения, поскольку договаривались с человеком, который проживает в селе, сообщение с которым бывает раз в год по зимнику, и еще иногда в это село прилетает вертолет. К тому же договоренность была не конкретно с ним, а с его женой по спутниковому телефону, который установлен в Верхнеегутарском поселковом совете. В сельсовет сперва нужно позвонить, пригласить к телефону абонента на определенное время, потом перезвонить еще раз и уже разговаривать. Муж же её в это время находился в тайге. Как они там друг другу семафорили – не понятно. Мало того, перезвонив перед самым отъездом, мы узнали, что они перепутали день встречи и ждут нас на сутки раньше. Место встречи находится от деревни в двух днях пути на лошадях. Но, как уверяла жена, он нас обязательно дождется, хотя он и уже ушел и о нашем опоздании ничего не знает.
Специальность у человека называется - каюр. Зовут его Андрей Морозов.
В случае отсутствия лошадей, нам пришлось бы на себе тащить все шмотки на перевал, а потом с перевала. Сведения о протяженности это перехода разнились от 7 до 15 км. Учитывая, что у нас было с собой по два полноценных рюкзака на брата, нам пришлось бы, в любом случае, делать две ходки, чего как-то не хотелось. Поэтому, лошадки очень порадовали своим присутствием, вкрутую взбитые тела и мозги.
На поляне стояла национальная индейская изба с пугающей и неприличной для тех мест надписью.
(Вигвам.)
Нас встречали два парня – подростка. Я тогда подумал, что как-то маловаты они для того чтобы быть тем Андреем Морозовым, с кем мы договаривались. Оказалось, что один пацан - его сын, второй, вроде, племянник. Самого каюра не было, но появление его ожидалось.
(Снова Мордор.)
Самая нестабильная вещь - погода в горах: 15 минут солнце, потом 2 часа пасмурно; час дождь, полчаса солнце; два часа жара, два часа дождь, и т.д., в любой последовательности. Но две вещи работали капитально. Если с утра солнце, то вечером дождь и наоборот. Если днем-вечером жара, то ночью колотун и наоборот. Пока мы разгружали машину, растаскивали вещи, ставили лагерь, переодевались, погода менялась несколько раз. Раза три шел дождь.
Во время одного из солнечных дефиле, откуда-то из-за горы, вышел с рюкзаком на плече человек в камуфляже. Это и был наш каюр – Андрей Морозов.
(А, чего сейчас расскажу!)
- Здорово, турики! Медведь еще не приходил?
- К-к-а-к-акой медведь?
- Да тут мишку один мужик подранил, а добрать не смог.
- Так, говорят, что нет здесь медведей…
- Полно! Особенно в этом году, будто понаехали откуда.
- Далеко подранили?
- Да, вон на этой горе.
И показывает на ближайший склон!
- Может, конечно, ушел. Лошади почувствуют, если подойдет.
Вечер сразу стал томным.
Поставили лагерь. Готовим ужин. Андрей, почувствовав, что появилась аудитория, готовая пугаться, начал рассказывать жутики из местной жизни: про туриков, про медведей-убийц человеческих, росомах, снежных людей… Некоторые истории были правдой, другие байками, третьи он выдумывал на ходу и видя наши физиономии гоготал во всю силу, как мог. Мы, поняв, что нас дурачат, сперва нервически похрюкивали, потом тоже начинали ржать.
(Палатка. Первая установка.)
Саня, не смотря на активное мешательство и рекомендации коллектива, сготовил ужин. Все сели есть. Достали спирт. Андрей водку не пьет вообще, и ведающий о том водитель «Урала», дядя Миша, специально привез ему гостинец – баллон пива. Из которого он выпил где-нибудь пол-литра. Это к разговору о том, что в глухих деревнях все мужики бухают, от отсутствия работы. Не все! Морозов пашет и зимой и летом. Зимой он охотится в своей «тайге» - выделенном ему властями в безвозмездное пользование охотничьем участке. Такие участки выделяются всем местным жителям, видимо, при соблюдении каких-то процедур. Но, я понял, что всем желающим. Летом он занимается извозом подобных нам туриков, работая каюром-проводником. Зарабатывая при этом «живые», и видимо не плохие для тех мест деньги. Но, этот заработок, конечно, зависит от наплыва, сезона и конкуренции, которая тоже присутствует. При этом, люди в деревне делятся на два типа: пытающихся как-то работать и бухающих, которым вечно кто-нибудь, по их мнению чего-нибудь не до-дал - президент, местные власти, марсиане...
Сегодня мы увидели первую рыбу. Каюровы пацаны ходили на рыбалку на местный ручей, где наловили полтора десятка некрупного хариуса. Перед тем как сесть ужинать они насадили его на ветки и воткнули их вокруг костра. Турики ужинали, свернув головы в сторону запекающегося хорька. Рыба пошла на десерт. Которые турики съели по одной, а те, у которых мясорубка работает быстрее по полторы штуки. Сразу удивило то, что по вкусу местный хорек не такой как на Урале. И уральский, по моему мнению, явно лидирует по своим гастрономическим свойствам. Не хватало местному хариусу присущего уральскому специфического вкусового оттенка. Разочаровано промучив полтушки, вторую половину я отдал товарищам и крепко задумался.
Неведомой нам оказалась самая распространённая местная снасть. Всё естественно не «фирма», все скромно, но дело не в этом. Сама конструкция оснастки. На обыкновенном телескопическом удилище стоит обыкновенная катушка, любая. На катушке леска. А, вот на леске, висит пенопластовый поплавок 5-15 см длиной и до2-х см в диаметре, чаще конусный, скользящий груз – шарики или оливки, весом иногда грамм, наверное, до 25-30, самодельная муха. Необычным, для нас, было то, что местные рыбаки ловят хариуса исключительно со дна. В этом мы окончательно убедились позже, встречаясь уже на реке с другими рыбаками. Сперва мы собирались даже расстроиться, поскольку таких снастей у нас с собой не было, но потом пришли к мнению, что пока рано впадать в отчаяние, всё дело в привычке и устоявшихся традициях. Особенно после того, как Андрей сказал, что раньше он долго не верил в возможность поимки хариуса на блесну, до тех пор, пока не увидел собственными глазами, чем был сильно удивлён.
От ужина и спирта малость потеплело и повеселело. Под тяжестью полного желудка, начали расправляться и расползаться по местам кишки. Внутри образовалась приятная гибкость. Сидим курим. Слушаем байки. Ржём над страшилками. Но одна вещь все же не отпускает и от чего периодически встает шерсть на спине. После 100-150 грамм веселящей отравы, сидя лицом к костру рядом с друзьями и слушая рассказы бывалого охотника, тебе тепло и весело. Ровно до того момента пока не повернешься и не посмотришь назад, где стоит чернущая стена тайги и гор, где из-за каждого дерева мерещатся медвежьи глаза. Поэтому назад стараешься не смотреть и постепенно забываешь думать об этом. Но, иногда вспоминаешь!.. даже не ты, а твой спинной мозг вспоминает. Тогда шерсть дыбом! И невольно оборачиваешься. Просидев так за полночь, мы вдруг вспомнили, что не спали уже больше суток и пошли бояться по палаткам.
Я опять проспал. «Урал» с утра пошел в обратный путь. По палатке барабанил дождь.
Дождь лил.
(Примерно так лил дождь.)
Завтракали. Пинали балду. Ждали солнца.
(Гатофтес жывотные!)
Андрей сказал, что вьючить мокрую лошадь не желательно. Будем ждать. Ждали. Погода выправилась где-то к полудню. Было пасмурно, но дождь закончился. Начали паковаться.
(Животным явно не улыбалось.)
Каюров табун внутри сам по себе разделился на две группировки, которые друг с другом были в контрах. Шишку в обеих держали кобылы. Если первая банда была лояльна хозяину, то со второй приходилось проводить ряд мероприятий по принуждению к миру, особенно с главной мадам. Если всех лошадей по очереди подводили к рюкзакам и вьючили, то к этой даме рюкзаки подносили, потому, как отпустить ее от коновязи не было никакой возможности. Но и привязанная она давала жару. Андрей лаской и дубиной уговаривал ее около получаса, в то время как кобыла все время пыталась садануть его поточнее. Первая попытка не удалась, привязанные уже рюкзаки, кобыла разметала по поляне, а один, естественно мой, пыталась втоптать в собственное дерьмо, что ей отчасти удалось.
(Бойтесь, турики!)
Я только стоял и думал, что если она еще пару раз на него прыгнет, то вещей у меня на поход уже не остается, уже не говоря о паспорте, деньгах и мобиле, любовно упакованных в рюкзаке. А рядом стояли и по-доброму ржали друзья.
- Смотри! Смотри! Бу-га-га!
- Рюкзак! Бу-га-га!
- Бу-га-га! А чей это рюкзак?
- Леха! Бу-га-га! Это же твой рюкзак!
- Я в курсе.
- Бу-га-га! Бу-га-га! Бу-га-га!
(Мой рюкзак и окружающее его г...)
Подойти к лошади было страшно. Как-то даже и история с раненым медведем отошла на второй план. В подробностях описав своей кобыле технологический процесс приготовления конской колбасы в таежных условиях, Андрей все же сумел привязать к ней оба рюкзака.
- Андрей, а если она по тайге понесет? Че делать?
- А че делать… Завалим из карабина. Хрен ты ее догонишь в тайге.
(Самец.)
- Слышали? Из карабина! Это чтобы вещи не утащила, значит…
- Точно.
- А как он в нее попадет? Там же рюкзак…
- А, прикинь, в рюкзак попадет!
- Бу-га-га!
- Леха! Бу-га-га! Это же твой рюкзак!
- Я в курсе.
- Бу-га-га! Бу-га-га! Бу-га-га!
- А, прикинь, в спальник попадет! Он же свернутый!
- Хорошая перфорация будет.
- Бу-га-га!
- Дышащий! Леха, не вспотеешь!
- Бу-га-га! Бу-га-га! Бу-га-га!
- Козлы!
- Бу-га-га! Бу-га-га! Бу-га-га!
(Добрые лица друзей.)
Сказав, что ни одна лошадь наши желтые весла не попрет, Андрей велел тащить их самим – по веслу на брата. Потом занялся составлением из животных поездов. Естественно, оставил себе бешеную кобылу, привязав позади только, видимо ее шестерку. Сына посадил на сцепку из троих коней. Осталось еще одно животное. Каюр окинул нас жалостливым взглядом, полным сочувствия, и спросил:
- Который из вас тут покрепче?
Турики сразу сообразили, что сейчас что-то будет, поэтому в один взволнованный голос гаркнули:
- Саня, конечно!
А, Саня ничего сказать не успел. Поэтому, вот тебе, Саня, персональный конь. Ты его поведешь. Не боись, он смирный. Саня нервно сглотнул и принял животное. Весло ему разрешили не нести.
(Улыбайся, Саня!)
- Андрей, сколько туда идти?
- Если быстро, то час, если медленно, то полтора.
- Что-то мало. А, сколько километров?
- Я в километрах ничего не меряю, я в часах и днях меряю.
- А до деревни сколько километров?
- Два дня.
- Понятно.
Турики и животные построились в походную колонну. В лагере оставался племянник каюра.
- Мы туда и обратно. Сиди здесь, следи за оставшимися лошадьми.
- Угу.
- Вот тебе мелкашка и три патрона. Придет медведь, не вздумай стрелять! А то вернусь, прибью.
Пошли.
to be continued...
Каюр.
Очередной этап заброски был завершен.
(Ненавижу!)
Дальше по плану наше барахло должно было погрузиться на лошадей конской породы, и через перевал доставиться до реки. Возможность реализации этого пункта плана вызывала определенные опасения, поскольку договаривались с человеком, который проживает в селе, сообщение с которым бывает раз в год по зимнику, и еще иногда в это село прилетает вертолет. К тому же договоренность была не конкретно с ним, а с его женой по спутниковому телефону, который установлен в Верхнеегутарском поселковом совете. В сельсовет сперва нужно позвонить, пригласить к телефону абонента на определенное время, потом перезвонить еще раз и уже разговаривать. Муж же её в это время находился в тайге. Как они там друг другу семафорили – не понятно. Мало того, перезвонив перед самым отъездом, мы узнали, что они перепутали день встречи и ждут нас на сутки раньше. Место встречи находится от деревни в двух днях пути на лошадях. Но, как уверяла жена, он нас обязательно дождется, хотя он и уже ушел и о нашем опоздании ничего не знает.
Специальность у человека называется - каюр. Зовут его Андрей Морозов.
В случае отсутствия лошадей, нам пришлось бы на себе тащить все шмотки на перевал, а потом с перевала. Сведения о протяженности это перехода разнились от 7 до 15 км. Учитывая, что у нас было с собой по два полноценных рюкзака на брата, нам пришлось бы, в любом случае, делать две ходки, чего как-то не хотелось. Поэтому, лошадки очень порадовали своим присутствием, вкрутую взбитые тела и мозги.
На поляне стояла национальная индейская изба с пугающей и неприличной для тех мест надписью.
(Вигвам.)
Нас встречали два парня – подростка. Я тогда подумал, что как-то маловаты они для того чтобы быть тем Андреем Морозовым, с кем мы договаривались. Оказалось, что один пацан - его сын, второй, вроде, племянник. Самого каюра не было, но появление его ожидалось.
(Снова Мордор.)
Самая нестабильная вещь - погода в горах: 15 минут солнце, потом 2 часа пасмурно; час дождь, полчаса солнце; два часа жара, два часа дождь, и т.д., в любой последовательности. Но две вещи работали капитально. Если с утра солнце, то вечером дождь и наоборот. Если днем-вечером жара, то ночью колотун и наоборот. Пока мы разгружали машину, растаскивали вещи, ставили лагерь, переодевались, погода менялась несколько раз. Раза три шел дождь.
Во время одного из солнечных дефиле, откуда-то из-за горы, вышел с рюкзаком на плече человек в камуфляже. Это и был наш каюр – Андрей Морозов.
(А, чего сейчас расскажу!)
- Здорово, турики! Медведь еще не приходил?
- К-к-а-к-акой медведь?
- Да тут мишку один мужик подранил, а добрать не смог.
- Так, говорят, что нет здесь медведей…
- Полно! Особенно в этом году, будто понаехали откуда.
- Далеко подранили?
- Да, вон на этой горе.
И показывает на ближайший склон!
- Может, конечно, ушел. Лошади почувствуют, если подойдет.
Вечер сразу стал томным.
Поставили лагерь. Готовим ужин. Андрей, почувствовав, что появилась аудитория, готовая пугаться, начал рассказывать жутики из местной жизни: про туриков, про медведей-убийц человеческих, росомах, снежных людей… Некоторые истории были правдой, другие байками, третьи он выдумывал на ходу и видя наши физиономии гоготал во всю силу, как мог. Мы, поняв, что нас дурачат, сперва нервически похрюкивали, потом тоже начинали ржать.
(Палатка. Первая установка.)
Саня, не смотря на активное мешательство и рекомендации коллектива, сготовил ужин. Все сели есть. Достали спирт. Андрей водку не пьет вообще, и ведающий о том водитель «Урала», дядя Миша, специально привез ему гостинец – баллон пива. Из которого он выпил где-нибудь пол-литра. Это к разговору о том, что в глухих деревнях все мужики бухают, от отсутствия работы. Не все! Морозов пашет и зимой и летом. Зимой он охотится в своей «тайге» - выделенном ему властями в безвозмездное пользование охотничьем участке. Такие участки выделяются всем местным жителям, видимо, при соблюдении каких-то процедур. Но, я понял, что всем желающим. Летом он занимается извозом подобных нам туриков, работая каюром-проводником. Зарабатывая при этом «живые», и видимо не плохие для тех мест деньги. Но, этот заработок, конечно, зависит от наплыва, сезона и конкуренции, которая тоже присутствует. При этом, люди в деревне делятся на два типа: пытающихся как-то работать и бухающих, которым вечно кто-нибудь, по их мнению чего-нибудь не до-дал - президент, местные власти, марсиане...
Сегодня мы увидели первую рыбу. Каюровы пацаны ходили на рыбалку на местный ручей, где наловили полтора десятка некрупного хариуса. Перед тем как сесть ужинать они насадили его на ветки и воткнули их вокруг костра. Турики ужинали, свернув головы в сторону запекающегося хорька. Рыба пошла на десерт. Которые турики съели по одной, а те, у которых мясорубка работает быстрее по полторы штуки. Сразу удивило то, что по вкусу местный хорек не такой как на Урале. И уральский, по моему мнению, явно лидирует по своим гастрономическим свойствам. Не хватало местному хариусу присущего уральскому специфического вкусового оттенка. Разочаровано промучив полтушки, вторую половину я отдал товарищам и крепко задумался.
Неведомой нам оказалась самая распространённая местная снасть. Всё естественно не «фирма», все скромно, но дело не в этом. Сама конструкция оснастки. На обыкновенном телескопическом удилище стоит обыкновенная катушка, любая. На катушке леска. А, вот на леске, висит пенопластовый поплавок 5-15 см длиной и до2-х см в диаметре, чаще конусный, скользящий груз – шарики или оливки, весом иногда грамм, наверное, до 25-30, самодельная муха. Необычным, для нас, было то, что местные рыбаки ловят хариуса исключительно со дна. В этом мы окончательно убедились позже, встречаясь уже на реке с другими рыбаками. Сперва мы собирались даже расстроиться, поскольку таких снастей у нас с собой не было, но потом пришли к мнению, что пока рано впадать в отчаяние, всё дело в привычке и устоявшихся традициях. Особенно после того, как Андрей сказал, что раньше он долго не верил в возможность поимки хариуса на блесну, до тех пор, пока не увидел собственными глазами, чем был сильно удивлён.
От ужина и спирта малость потеплело и повеселело. Под тяжестью полного желудка, начали расправляться и расползаться по местам кишки. Внутри образовалась приятная гибкость. Сидим курим. Слушаем байки. Ржём над страшилками. Но одна вещь все же не отпускает и от чего периодически встает шерсть на спине. После 100-150 грамм веселящей отравы, сидя лицом к костру рядом с друзьями и слушая рассказы бывалого охотника, тебе тепло и весело. Ровно до того момента пока не повернешься и не посмотришь назад, где стоит чернущая стена тайги и гор, где из-за каждого дерева мерещатся медвежьи глаза. Поэтому назад стараешься не смотреть и постепенно забываешь думать об этом. Но, иногда вспоминаешь!.. даже не ты, а твой спинной мозг вспоминает. Тогда шерсть дыбом! И невольно оборачиваешься. Просидев так за полночь, мы вдруг вспомнили, что не спали уже больше суток и пошли бояться по палаткам.
Я опять проспал. «Урал» с утра пошел в обратный путь. По палатке барабанил дождь.
Дождь лил.
(Примерно так лил дождь.)
Завтракали. Пинали балду. Ждали солнца.
(Гатофтес жывотные!)
Андрей сказал, что вьючить мокрую лошадь не желательно. Будем ждать. Ждали. Погода выправилась где-то к полудню. Было пасмурно, но дождь закончился. Начали паковаться.
(Животным явно не улыбалось.)
Каюров табун внутри сам по себе разделился на две группировки, которые друг с другом были в контрах. Шишку в обеих держали кобылы. Если первая банда была лояльна хозяину, то со второй приходилось проводить ряд мероприятий по принуждению к миру, особенно с главной мадам. Если всех лошадей по очереди подводили к рюкзакам и вьючили, то к этой даме рюкзаки подносили, потому, как отпустить ее от коновязи не было никакой возможности. Но и привязанная она давала жару. Андрей лаской и дубиной уговаривал ее около получаса, в то время как кобыла все время пыталась садануть его поточнее. Первая попытка не удалась, привязанные уже рюкзаки, кобыла разметала по поляне, а один, естественно мой, пыталась втоптать в собственное дерьмо, что ей отчасти удалось.
(Бойтесь, турики!)
Я только стоял и думал, что если она еще пару раз на него прыгнет, то вещей у меня на поход уже не остается, уже не говоря о паспорте, деньгах и мобиле, любовно упакованных в рюкзаке. А рядом стояли и по-доброму ржали друзья.
- Смотри! Смотри! Бу-га-га!
- Рюкзак! Бу-га-га!
- Бу-га-га! А чей это рюкзак?
- Леха! Бу-га-га! Это же твой рюкзак!
- Я в курсе.
- Бу-га-га! Бу-га-га! Бу-га-га!
(Мой рюкзак и окружающее его г...)
Подойти к лошади было страшно. Как-то даже и история с раненым медведем отошла на второй план. В подробностях описав своей кобыле технологический процесс приготовления конской колбасы в таежных условиях, Андрей все же сумел привязать к ней оба рюкзака.
- Андрей, а если она по тайге понесет? Че делать?
- А че делать… Завалим из карабина. Хрен ты ее догонишь в тайге.
(Самец.)
- Слышали? Из карабина! Это чтобы вещи не утащила, значит…
- Точно.
- А как он в нее попадет? Там же рюкзак…
- А, прикинь, в рюкзак попадет!
- Бу-га-га!
- Леха! Бу-га-га! Это же твой рюкзак!
- Я в курсе.
- Бу-га-га! Бу-га-га! Бу-га-га!
- А, прикинь, в спальник попадет! Он же свернутый!
- Хорошая перфорация будет.
- Бу-га-га!
- Дышащий! Леха, не вспотеешь!
- Бу-га-га! Бу-га-га! Бу-га-га!
- Козлы!
- Бу-га-га! Бу-га-га! Бу-га-га!
(Добрые лица друзей.)
Сказав, что ни одна лошадь наши желтые весла не попрет, Андрей велел тащить их самим – по веслу на брата. Потом занялся составлением из животных поездов. Естественно, оставил себе бешеную кобылу, привязав позади только, видимо ее шестерку. Сына посадил на сцепку из троих коней. Осталось еще одно животное. Каюр окинул нас жалостливым взглядом, полным сочувствия, и спросил:
- Который из вас тут покрепче?
Турики сразу сообразили, что сейчас что-то будет, поэтому в один взволнованный голос гаркнули:
- Саня, конечно!
А, Саня ничего сказать не успел. Поэтому, вот тебе, Саня, персональный конь. Ты его поведешь. Не боись, он смирный. Саня нервно сглотнул и принял животное. Весло ему разрешили не нести.
(Улыбайся, Саня!)
- Андрей, сколько туда идти?
- Если быстро, то час, если медленно, то полтора.
- Что-то мало. А, сколько километров?
- Я в километрах ничего не меряю, я в часах и днях меряю.
- А до деревни сколько километров?
- Два дня.
- Понятно.
Турики и животные построились в походную колонну. В лагере оставался племянник каюра.
- Мы туда и обратно. Сиди здесь, следи за оставшимися лошадьми.
- Угу.
- Вот тебе мелкашка и три патрона. Придет медведь, не вздумай стрелять! А то вернусь, прибью.
Пошли.
to be continued...
Последний раз редактировалось Gringo 25 сен 2009 08:09, всего редактировалось 1 раз.
Я уверен, что люди и рыбы могут вести мирное сосуществование.
-
RbIBACH OK!
- Коренной Татфишевец
- Сообщения: 2716
- Зарегистрирован: 26 фев 2009 19:29
Предлaгаю все отчеты о рыбалке Алексея ( Gringo) выложить в одну тему и поместить где нибудь наверху страницы, или на главной. Потому что его отчеты это НЕТЛЕНКО! Всем будет интересно почитать и перечитать и гостям и завсегдатаям форума. Кроме того эти отчеты прекрасный образец того как надо писать отчеты о поездках, канешно мало кто сможет так написать но по крайней мере будет видно к чему нужно стремится. Модераторы подумайте 
-
Konstakotov
- С нами
- Сообщения: 277
- Зарегистрирован: 14 май 2005 09:34
"К тому же договоренность была не конкретно с ним, а с его женой по спутниковому телефону, который установлен в Верхнеегутарском поселковом совете. В сельсовет сперва нужно позвонить, пригласить к телефону абонента на определенное время, потом перезвонить еще раз и уже разговаривать."
Ну на самом деле немного не так. Будут тебе спутник устанавливать в сельсовете, как же. Дозвон идет в Нижнеудинск на радиостанцию, там по радио соединяют с Верхней Гутарой, где говоришь, кого пригласить, потом перезваниваешь минут через 15-20, тебя опять по рации соединяют с Гутарой и ты разговариваешь с человеком. По нашему времени вся связь возможна только с 4 до 6 утра, вот и приходилось вставать с утра пораньше для переговоров.
Ну на самом деле немного не так. Будут тебе спутник устанавливать в сельсовете, как же. Дозвон идет в Нижнеудинск на радиостанцию, там по радио соединяют с Верхней Гутарой, где говоришь, кого пригласить, потом перезваниваешь минут через 15-20, тебя опять по рации соединяют с Гутарой и ты разговариваешь с человеком. По нашему времени вся связь возможна только с 4 до 6 утра, вот и приходилось вставать с утра пораньше для переговоров.
Разумная мысль! Поддерживаю.Smit777 писал(а):эти отчеты прекрасный образец того как надо писать отчеты о поездках
З.Ы. Вчера моей любимой сылку на "Мордор" сбросил - день говорит был потерян, работа говорит не работается и дело не делается, все мол, я в поход ушла:-D . Теперь цитатами сыпит из произведения...
Чем хуже условия, тем лучше коты © Петр Мамонов
-
Konstakotov
- С нами
- Сообщения: 277
- Зарегистрирован: 14 май 2005 09:34
